20 декабря 2018 г. 22:37 2290 2 0 1 фото 0 видео
Фрески Дионисия в Боровске – разбитые, они живут!
Голова неизвестного святого. Дионисий. Собор Рождества Богородицы Пафнутьево-Боровского монастыря. Между 1467 и 1476 годом. Наиболее вероятно, что фрагмент относился к изображению императора в одной из сцен цикла «Вселенские соборы». Источник: dionisy.com.

«Ничто не вечно под солнцем…» – разве мы не знаем этой железной истины? И тогда, спрашивается, зачем стремимся сделать что-то особое, серьёзное, даже выдающееся? Ведь не только мелкие предметы, сделанные руками человека, но целые города разрушаются, даже целые цивилизации, целые народы время сметает в прах…

Не разумнее ли махнуть на всё рукой да ограничиться лишь самым необходимым, только «хлебом насущным»? Стоит ли тратить силы и время на то, что свыше наших материальных потребностей, стараться сотворить некий «хлеб духовный, ненасущный»?

Давайте поразмышляем над этим, вспоминая историю фресок великого русского иконописца Дионисия в Боровске. А именно, в соборе Пафнутьева монастыря, который был освящён в честь Рожества Пресвятыя Богородицы.

Вот даты: родился Дионисий в княжеской семье, среди боярских детей, около 1440 года, а с 1467 по 1477 год расписывал храм – значит, приступил к работам примерно в 27 лет и отдал им 10 лет жизни. Но – приезжайте, приходите теперь в Боровск – нет там фресок Дионисия! Где же они? Рассыпаны вместе со стенами белокаменными…

Оказывается, снесён храм был не под ударами врагов, не из-за стихийного бедствия, но по указанию царя Федора Иоанновича в 1586 году. Да, небольшой по объёму белокаменный собор был разобран и расширен так, что место погребения преподобного Пафнутия оказалось под сводами нового строения. Над мощами поставили раку, крытую листами серебра. Однако, в таком ходе дел не было ничего исключительного. Подобные работы по указанию царя исполнялись и в других монастырях над мощами святых, куда ездили Федор Иоаннович и царица Ирина, с молитвой о рождении наследника. Значит, десятилетний труд Дионисия простоял всего лишь лет сто, чуть более…

А ведь на эти фрески смотрел, после того, как возвращался с Угры, после знаменитого Стояния против хана крымского, великий князь московский Иван Третий – и так они ему понравились, что позвал Дионисия писать росписи в Кремль. Признал, по сути, за ним статус первого иконописца своего поколения!

Ещё две детали интересные. В соборе Пафнутьева монастыря Дионисий ещё писал под началом старого иконописца Митрофана из Симонова монастыря, в мастерской которого начал свой путь. А прославленный на весь свет цвет красочный «голубец» (лучше всего сохранившийся до наших дней в росписях Дионисия в Ферапонтове) – был самым дорогим на Руси. Ведь везли его издалека, из ущелий Бадахшана, с гор Памира (ныне земли Таджикистана и Афганистана). Но где ещё было достать такого небесного цвета?..

Но 20 век, наши археологи и реставраторы обнаружили во время реставрационных работ 1960-х годов 194 белокаменных блока старого собора. А на них – вот чудо! – фрагменты росписей Дионисия и его артели, общим числом 29. А потом ещё в 1973 и 75 годах, при реставрации и укреплении фундамента, – два белокаменных блока с сюжетами… «Вселенский собор» и «Лик»… (ныне они в Музее Андрея Рублёва в Москве).

В размышлениях обо всей этой истории, в горечи, что никогда не увижу во всей полноте тех росписей дионисьевых, с радостью, что всё-таки пробились сквозь века его лики, – написал я такие строки:

 

ГДЕ ФРЕСКИ ДИОНИСИЯ?

Расписанный Дионисием и его наставником Митрофаном в 1467-77 годах Собор Рожества Богородицы Пафнутьева монастыря был разобран в 16 веке, но в 20 веке были найдены фрагменты фресок.

 

Мы за свечой сидим, сидим

И тихо, тихо говорим:

«Никто нам не расскажет, отчего

Все фрески Дионисия, как осень,

Слетели с древа – малые листки

Найти в земле случается. Обрывки

Былого райского послания. За что же,

За что нам не надо их прочитать?

 

…Тот голубец везли с вершин Памира,

Он стал подкладом росписи – лазурь,

Знай, стёрта бирюза была до пыли,

Что ангельским стопам держала путь,

В подкрыльях у Рублёва расцветала,

И пробелами плавила тела. Так свет Фавора

Нам замысел о плоти выявлял.

 

И всем калекам, труженикам, хворым,

Всем говоря нагляднее, чем речь:

Вот вы к чему, к каким цветеньям лёгким

Все призваны, избранники, на пир!

 

Пока ж в слезах, в цепях тяжёлой кожи,

Вы связаны – смотрите: васильки,

Цветки узорны в боровском поречье,

Что вскользь Протвы разбросаны, бегут,

Подобье Бадахшана. Им берёзы

Оправой чистой служат, как венцу.

Всё чисто, первозданно, в росах райских,

Свирельно и прохладно, глубоко,

Небесно и без золота прекрасно.

 

То Дионисий с Митрофаном взял

Не с гор Памира, где отроду не был,

Не из пещер от гулкости земли –

Он голубец заметил васильковый

На девочке, что с Боровска вела

Упрямую и тёплую корову

В рассветном дыме вдоль родной реки…

 

Автор: Сергий Маркус, ноябрь 2018 г.

 

 
Понравилась публикация? Скажите автору «Спаси Христос!», нажав на сердечко, и расскажите о ней своим друзьям!
Обсуждение (0)